141840 (141840) wrote,
141840
141840

Заборы, Астафьев и Россия...

  Мала наша планета. Всю-то ее исходили-изъездили вдоль и поперек. Огляделись - тесно! Надо что-то делать! И делают.

  Взять вот хоть нашу землицу. Русскую. Режут ее ломтями и обтягивают высоченными заборами. Часто бывает, что и дома-то никакого нет, участочек шесть соток, а забороище  уже капитальнейший. И что так волнуются, что так надрываются-то люди. Зачем сами себя в соты упаковывают. Не нахожу вразумительного ответа.

  Есть у меня  попугай. Казалось бы - птица, лети себе на волю, гуляй по квартире – я ей уж и клетку не закрываю. Нет, полетает, полетает, глядишь, а она уже снова за решеткой. Сама залезла, и оттуда, из-за железных прутьев на тебя смотрит. Но, то птица. Ей есть чего бояться. Вдруг, хозяин с похмелюги, или просто от скуки тапком запустит.

 Людям тапка бояться не престало. Люди взглядов чужих хоронятся. Не уютно им на всеобщем-то обзоре. Вроде честными себя считают, ну или почти честными. Во всяком случае, не хуже других. Иногда даже и бедным помогают. Вон соседу-то диванчик старый пожертвовали, и из вещичек кой-чего… Просто любопытных не любят.  

 Впрочем, что это я о заборах-то.

 Бродит, бурлит внутри чувство, а в качество все никак не выльется.  Тут ведь талант нужен. А где его взять? Выжать бы из бродилова того осадочек, да и шмякнуть строчками на лист.  Вон как у Виктора Астафьева, к примеру, здорово это получалось. Так он отделал благодетелей-то:

 

«Знают они, хорошо знают -- кто сирых питает, того Бог  знает.  Заповедь
Христову: "Оденем нагих,  обуем  босых,  накормим алчных,  напоим  жаждущих,
проводим мертвых -- и заслужим царствие небесное" -- помнят, вот и стараются
изо всех сил выполнить заповедь-то, только так, чтобы не накладно было. Одни
несут на могилки тех, кого сводили со свету, крашеные яички, крупку  сыплют,
цветки  кладут на твердую  землю, тычут в озеленелые  подсвечники  копеечные
свечки в душных церквах, суют в цепкие пальцы нищих пятаки; другие соорудили
в сибирских дворах оконца на воротах, выставляют туесок  с квасом, зобенку с
солью, каравай  хлеба -- для "страждущих,  нищих и бездомных", умиляя этакой
"благодатью"  "знатоков  кондового  быта".  А по  мне --  они просто  дешево
откупаются от  беглых каторжников, бедовых людей, чтоб те  не  вломились под
крышу и не унесли больше…»

 

 Не только о заборах мне сегодня высказаться хотелось. Но заборы как-то показательны. Меняется народец, мельчает, хотя и богатеет , вероятно. Да и как не меняться-то. Глобализация, е-мое, мобильность, эффективность! Русского в русских уже и нет почти.

 Читаю, вот, Астафьева( «Последний поклон») и удивляюсь: мое это все – личное, только сказать я этого раньше не мог, потому что безталанен. И астафьвская Россия : босоногая, озорная, шальная, непутевая, отчаянная, сарафанная, деревенская, сенокосная – моя Россия. И осталось ее – чуть-чуть! Того и гляди исчезнет! Кем мы тогда будем?

Tags: Люди, Мысли
Subscribe

  • С Млечным Путём наедине.

    Дорога в деревню. Наше время. Если присмотреться, то там, далеко, на ней три точки. Это три мальчика на велосипедах. Три счастливых мальчика. И их…

  • Листвянка. Настоящий фотограф.

    Уно моменто.... Чего же мне не хватает? К чему хотелось бы приблизиться? В контексте фотографии. Хорошо бы что-то выдумать эдакое! И…

  • От спецкора стенгазеты "Светлый путь".

    Как это странно, что мы с легкостью меняем цветущий живой простор русского поля на серую мертвую твердь городского асфальта, что быстро забываем…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments